Для газетной статьи главное что? Информационный повод. Так вот, в феврале непосредственного поводу писать о выдающемся украинском писателя Леопольда фон Захер-Мазоха (1836-1895) нет. 27 января повод был, ибо это день рождения Мазоха. И 9 марта будет, ибо это день его смерти. Но день рождения мы то упустили, а вспоминать в Украине самопроизвольного «основоположника» мазохизма 9 марта означало бы по-садистские обидеть искренние чувства перелицованный на патриотический лад недавних парторгов. Поэтому вспомним сегодня – словно к дню влюбленных. Тем более, что любовь всегда включает в себя долю мазохизма. В положительном смысле этого слова.
Интуиция мне подсказывает, что некоторые из озвученных выше тезисов могут вызвать недоумение у любознательного читателя. Выдающийся? Украинский? Невольный? И это вообще такое – мазохизм у позитивном смысле слова? Хорошо, рассмотрим по порядку, от простого к сложному.
Чего греха таить: чтобы угодить финансово ненасытной жене Авроре-Ванде, писатель написал некоторое количество эстетически непритязательных новелок. Следствие превзошел худшие ожидания: Ванда все равно сбежала, а Мазох остался наедине с долгами и подмоченной репутацией. Но вряд ли справедливо оценивать автора по его худшими произведениями. Читали, например, поэму Гоголя «Ганц Кюхельгартен»? И не читайте: безнадежная графомания. А однако никто не сомневается в гениальности Гоголево «Вечеров» или «Мертвых душ». Так и с Мазохом, чьими лучшими произведениями зачитывалась в свое время вся Европа, называя нашего земляка «малороссийским Тургеневым». И сегодня достаточно прочитать хотя бы том выданных десять лет назад «Избранных произведений» Мазоха в украинских переводах, чтобы убедиться: за чистотой стиля он действительно не уступает Тургеневу, а по оригинальности метафорики и увлекательностью сюжетов нередко и превосходит Ивана Сергеевича.
Другой вопрос: можно ли считать Мазоха именно украинским писателем? Однозначного ответа у меня нет, зато есть уверенность, что к аналогичным явлениям должна применяться и аналогичный подход. А именно: кто называет украинским писателем неслучайно упомянутого здесь Гоголя, тот должен признать никак не меньшую украинскость и за Мазохом. Гоголь родился в «подроссийской» Украине, как писатель перешел на язык империи, но имя в литературе сделал на украинской тематике, заодно привлекая внимание петербургских салонов к своим землякам-полтавчан. Согласно Мазох родился в «подавстрийских» Львове, его первым языком – благодаря кормилицы Гандзи – была украинская (или как тогда говорилось, русинский), а его повести и рассказы немецком и французском языках («Женские образки из Галичины», «Дон Жуан из Коломыи »,« Опришок »,« Праздник обжинок »,« мужицкий суд »и многие другие) едва ли не впервые по-настоящему заинтересовали читателей Берлина, Вены и Парижа жизнью галицких украинских.
Что больше: Мазох навсегда сохранил не только любовь к своей «малой родины», но даже несколько идеализированное представление о ней. Причем, объектом этой идеализации (в отличие от гоголевской) становится не «абсолютное прошлое», а настоящее и – потенциально – будущее Украины: «Между Доном и Карпатами живут врожденные демократы, ни византийский император, ни варяги, никакой король Польши, никакой царь не сломали их духа, не покорили их сознания. Они всегда готовы изменить плуг на копье, живут маленькими республиканскими общинами, как равные с равными, для восточных славян это ростки будущего, ростки свободы ». К нашей чести, Украина еще при жизни писателя оценила его усилия. Как писал 1880 во львовском журнале «Зоря» Левко Сапогивський, Захер-Мазох первый из чужестранцев возвеличил наш народ с такой любовью, которой тяжело даже между нашими авторами найти ». Наконец, оценила и Франция, наградив писателя Орденом Почетного Легиона.
Немного тяжелее, чем с Мазохом, объясниться с названным «в честь» мазохизмом. Сложнее, но, думаю, возможно. Термин «мазохизм» (как и прежде «садизм» – от фамилии скандально известного писателя 18 века маркиза де Сада) придумал и, несмотря на категорические протесты самого Мазоха, запустил в широкий обиход австрийский психиатр Рихард Крафт-Эбинг, который в книге «Psychopathia seksualis »описал среди других патологий« получение сексуального наслаждения от боли.
В защиту Мазоха во всей этой истории можно сказать следующее. Во-первых, если бы Крафт-Эбинг был человеком более деликатной, то мог бы образовать название для откры

Комментирование закрыто.