Сегодня утром прохожие на улице О. Кобылянской закрывали нос, проходя мимо главную окраса обновленной улицы – кованую карету у Дворца торжественных событий. Карета была залита мочой, а на сидении кто оставил кучу экскрементов. Видение – не для слабонервных. Не хотелось бы, чтобы это увидели пятеро молодых кузнецов, которые с такой любовью готовили к юбилею города этот подарок. Жаль и тех людей, которые будут убирать нечистоты. У кареты остановился мужчина в рабочем халате, охает и грустно качает головой. Иосиф Михайлович работает дворником в детском дошкольном учреждении № 7. Говорит, что за его молодости люди были воспитанными, а за порядком на улице следила милиция. За такое дикость хулигана могли не только оштрафовать, но и приговорить к общественным работам. А сейчас, жалуется мужчина, никто никого не боится, вечером на улице не увидишь милиционера.
Шестидесятилетнюю Елена Ярославовна вспоминает, что в 70-х годах прошлого века, когда она только приехала в Черновцы, везде стояли таблички с предупреждением, что за различные нарушения штраф – 30 рублей.
– На то время это были довольно большие деньги, – говорит женщина. – По крайней мере, у меня, молодого специалиста, – треть зарплаты. Штраф приходилось платить даже за брошенный на землю бумажку. А за поврежденную лавку или сломанную цветок могли забрать в милицию и сообщить на работу. Можно было лишиться не только премии, но и работы. Зато теперь – роздилля для хулиганов. Ломай, крушит, бей – никакого наказания.
– Кованую карету, установленную на улице О. Кобылянской возле Дворца торжественных событий, вандалы пытаются полностью разрушить, – пожаловалась директор Дворца Галина СОЛОГУБ. – Уже отбили два фонари, выковыряли монеты. Жители окрестных домов говорят, что поздно вечером даже бросают в карету петарды. Днем мы постоянно следим за ней: моем, не позволяем уничтожать. Однако не можем сидеть у кареты поздно вечером и ночью. А правоохранителей на улице Ольги Кобылянской, где я живу, совсем не видно. Поэтому хулиганы чувствуют себя так Вольготное. Передвигают скамейки с места на место, пьют, кричат неценгзурни ругательства. Страшно прогуляться. Улица стала не пешеходной, а сплошным баром. Утром здесь можно увидеть целые баррикады из пустых бутылок от водки и пива. Видела пожилую женщину, которая плакала над вырванным вазоном. Нужно срочно принимать какие-то меры, пока все не уничтожили.